Девочку должны были назвать Татьяной. Да и как иначе было её называть, если родилась она в 1940 году 25 января.

Выбор имени для единственной дочери был не простым. Ак­тивно предлагалось назвать Екатериной в честь жены В. И. Неми­ровича-Данченко Екатерины Николаевны (баронесса Корф). У Ека­терины Николаевны своих детей не было, и она обещала все свои наследственные драгоценности подарить девочке, если ей дадут её имя. Но папа, а им был выдающийся композитор современнос­ти Тихон Николаевич Хренников, решил этот вопрос по-своему. Ни светлый праздник, коим был Татьянин День, ни драгоценности «баронессы» не вызвали в его душе отклика. Он назвал дочку На­талией в честь героини своей первой оперы «В бурю», которую он вместе с В. И. Немировичем-Данченко поставил в музыкальном театре.

Радость материнства для Клары Арнольдовны была омраче­на тем, что в 1941 г началась Великая Отечественная война, и ей пришлось с маленькой Наташей, бабушкой Женей (своей мамой) и няней Полиной отправиться в эвакуацию на Урал. Первое время они жили в какой-то маленькой деревеньке, названия которой не сохранилось в памяти, а позже перебрались в город Свердловск (ныне Екатеринбург). Здесь Клара Арнольдовна стала работать в музее Свердловского театра оперы и балета и часто брала доч­ку с собой на работу. Это было первое соприкосновение будуще­го театрального художника с театром. Девочке нравилось играть с театральными макетами, переставлять в них стульчики, домики, деревья. Она с любопытством рассматривала эскизы костюмов, выполненных для персонажей будущих спектаклей.

Театральные принадлежности стали для Наташи первыми игрушками. Шла вой­на и о том, что можно бы купить и настоящие игрушки, даже речи не могло быть. Но, кто знает, возможно, эти первые детские впе­чатления, игра с театральным реквизитом и определили будущую судьбу Наташи.

Нередко, чтобы занять девочку, Клара Арнольдовна сажала её в театральную ложу рядом со сценой, из которой можно было на­блюдать за всем там происходящим. От тех лет в памяти остались отрывки из опер и балетов. Даже сегодня помнится сцена из «Зо­лотого петушка», где герои почему-то кидались подушками...
Театр с раннего детства вызывал в душе Наташи восторг: сцена, музыка, танец - всё это невольно становилось родным, понятным и близким.

В 1943 году семья вернулась из эвакуации в Москву, и в дет­ской памяти стали появляться иные картины. Вот аэростаты, плыву­щие в небе ... Один из них - словно бы замер над их сквером около химического института им. Менделеева. А вот они всем домом бегут, чтобы посмотреть на пленных немцев, которых поведут по улице Горького (теперь Тверская).

Война продолжалась, но всё чаще ста­ли волновать детское сердечко красочные салюты, которые можно было наблюдать с балкона. Это были салюты в честь взятия и ос­вобождения наших городов. Салюты победы! В памяти маленькой девочки впечатления от этих салютов сохранились на всю жизнь как нечто великое и жизнеутверждающее. Всякий раз, когда Ната­лия Тихоновна вспоминает о своем детстве, образ праздничного салюта вспыхивает в её воображении вновь и вновь.

Детские образы, наполнившие душу, с ней остались навсегда. Они питали её воображение.

Волшебные звуки музыки окружали девочку с раннего детст­ва, поэтому вполне закономерно, что Наташу музыке учить начали очень рано. К ней домой приходил замечательный педагог Ефраим Григорьевич Гельман. Сам Тихон Николаевич когда-то у него учил­ся в институте им. Гнесиных. Но Наташа не хотела учиться игре на фортепиано. Она изобретала разные хитрости, лишь бы не зани­маться: она пряталась под роялем, запиралась в туалете, делала вид, что вот только сейчас у неё нестерпимо заболела голова ...

Учитель каждый раз оставлял родителям гневные записки: «Об­ращаю Ваше внимание на безобразное поведение Вашей дочери Наталии.». Родители решили, что у девочки не сложились отноше­ния с Ефраимом Григорьевичем и стали возить её к другим педа­гогам. Но Наташа упорно продолжала игнорировать занятия. Нако­нец Тихон Николаевич твердо сказал: «Всё! Хватит девочку мучить! Не хочет она заниматься музыкой». На все возражения жены по­следовал уверенный ответ: «Всё, Клара! Брось это!» Ему всё было ясно: Наташа любит танцевать, мечтает стать балериной, а к музы­ке абсолютно равнодушна. Она сама сочиняет балеты, и сама в них танцует все партии сразу.

А совсем недавно Наталья Тихоновна прочитала книгу воспоминаний Нины Владимировны Макаровой, жены Арама Ильича Хачатуряна, где приводится её письмо к мужу о Дне рождения их сына Карена (Реника), и в нём Нина Владими­ровна пишет о том, что Наташа Хренникова под аккомпанемент записи музыки Д.Д. Шостаковича танцевала импровизацию очень красиво и грациозно. Сама Наталия Тихоновна не помнит этого эпизода, но помнит о том, что танцевала всюду, где только было возможно.

По-настоящему Наташа любила только рисование, а когда стала постарше, то стала заниматься рисованием под руководством про­фессионального художника. Увлеклась так серьезно, что решила поступать в художественное училище. Отец не сразу дал «добро» для принятия такого жизненно важного решения. Он показал ри­сунки дочери своему другу и земляку, известному художнику-гра­фику Николаю Николаевичу Жукову. Тихону Николаевичу важно было понять, есть ли у его дочери способности, имеет ли смысл посвящать этой профессии всю свою жизнь. Н. Н. Жуков посмотрел рисунки Наташи и дал положительное заключение: «Пусть поступа­ет, способности есть!». Наташа успешно сдала вступительные экза­мены в художественное училище 1905 года. Окончила живописный факультет, а затем, по совету отца, решила стать театральным ху­дожником. «Представляешь, - говорил он дочери, - как интересно работать в театре. Сегодня ты делаешь декорации к Шекспиру, на­пример, а завтра окунёшься в другую эпоху. Всё время что-то новое, всё время в поисках иных решений».

Наталия Тихоновна прислу­шалась к советам отца и после окончания художественного учили­ща поступила на работу в Московский театр оперетты ассистентом главного художника Григория Львовича Кигеля, опытнейшего про­фессионала. Он научил начинающую свой творческий путь в искус­стве, Наталию всему тому, что должен знать театральный художник.

Шесть лет работы в театре рядом с большим мастером пролетели очень быстро. Наталия в этот период даже самостоятельно спек­такль оформила - «Весёлый юбилей». Это была её первая работа. И она состоялась в музыкальном театре. С этого времени жизнь Наталии Тихоновны стала тесно связана с театрами этого прекрас­ного жанра. Иногда невольно в душе возникали нотки сожаления о том, что так настойчиво отказывалась в детстве от музыкальных занятий. Иногда, правда, она и драматические спектакли оформля­ла, но чаще всё-таки работала с музыкальным материалом. Как ни старательно бежала она от музыки, но музыка всё же её настигла...
Да, собственно, и настигать её не надо было - ведь звуки музы­ки окружали Наталию с самого рождения.

Сегодня Наталия Тихоновна сама удивляется тому, как много спектаклей она смогла оформить за свою жизнь. Она поставила их в Омске и Риге, Кишинёве и Ташкенте, Каунасе и Сыктывкаре, Мин­ске и Кемерово, Ленинграде и Киеве.и ещё во многих и многих других городах.

Более 14 спектаклей ей оформлено в Болгарии: с творчеством талантливой художницы из России знакомы зрители в Русе и Софии.
Часто она оформляла спектакли, которые ставились на музыку, написанную её отцом Тихоном Николаевичем Хренниковым. Его балет «Любовью за любовь», «Много шума из ничего» оформля­ла в нескольких разных театрах. И всюду находила новые краски, стараясь не повторяться, искала новые решения, иные художест­венные образы. Значительный пласт творческой деятельности На­тальи Тихоновны связан с выдающимся оперным режиссёром Бо­рисом Александровичем Покровским. Он был много лет главным режиссёром Большого театра в Москве, а позже создал легендар­ный экспериментальный музыкальный камерный театр.

Этот театр стал уникальным явлением нашей культуры. И особой гордостью Наталии Тихоновны стало то, что первую оперу «Не только любовь» Родиона Щедрина в камерном театре оформляла именно она. Пока в качестве приглашенного художника. Это была её первая твор­ческая встреча с Борисом Александровичем. И только потом она стала главным художником Камерного театра Покровского, прора­ботала в нём 12 лет, поставила с Борисом Александровичем мно­жество спектаклей как в своем Камерном театре, так и за рубежом. Всюду, куда приглашали на постановки прославленного режиссёра, он брал с собой молодого талантливого театрального художника Наталию Хренникову, вместе с которой ему было комфортно ра­ботать.

Сотрудничество с детским музыкальном театром озна­меновались для Натальи постановкой детских опер «Мальчик-ве­ликан», «Колобок» и «Комар и самовар». С благодарностью она вспоминает и Владимира Акимовича Курочкина, режиссёра ярко­го, создавшего в Свердловске лучший театр музыкальной комедии. Огромный след в душе Натальи оставил и болгарский балетмейс­тер Петр Луканов, с которым она поставила в Болгарии 8 балетов. Тёплые творческие взаимоотношения сложились у Натальи Тихо­новны с Семёном Ильичем Лапировым, режиссёром Ленинградско­го Малого оперного театра, в содружестве с которым она поставила несколько опер в Воронежском оперном театре, а «Бориса Годуно­ва» в Болгарском городе Русса.
Все эти люди живут в благодарной памяти Наталии Тихоновны. Мне особенно близка её жизненная позиция: «Не помнить зла, но никогда не забывать о добре, которое для тебя сделали люди».

Памятен ей и момент, когда к ним домой приехала съёмочная группа фильма «Пятнадцатилетний капитан» по роману Жюль Вер­на. Наташу хотели снять в роли мальчика. Почему мальчика? На­таша рыдала, видимо, решив, что перед нею врачи, а врачей она очень боялась с раннего детства. В общем, идея «снять Наташу» провалилась. Сняли потом настоящего мальчика, двоюродного бра­та Майи Плисецкой. Так что встреча с кинематографом в раннем детстве не состоялась. Зато позже, в 1959 году она была приглаше­на сняться в фильме «Орлиный остров». Приглашение поступило от Майи Рошаль, дочери известного режиссёра Григория Рошаля. Сце­нарий был написан мужем Майи, который был археологом. Фильм снимался на студии Молдова-фильм. У Наташи в нём была большая роль, но главная прелесть состояла в том, что съемки проходили в Крыму. Три месяца они жили в райском уголке в городе Судак, и оттуда выезжали в другие части полуострова.

В фильме снимались выдающиеся артисты Светлана Дружи­нина, Ростислав Плятт, Геннадий Юдин, группа молодых молдав­ских артистов. Хотя состав артистов в фильме был занят яркий, но фильм почему-то остался незамеченным, да и самой Наталье Ти­хоновне он в то время не понравился. Однако, значительно позже, уже в наше время, она ещё раз просмотрела его через интернет, и с удивлением отметила, что фильм получился вполне приличным, да и сама себе в нём она понравилась тоже. В 1970 году режиссёр А. Птушко пригласил Наталию Тихоновну на роль молодой Наины в кинофильм «Руслан и Людмила». Этот фильм часто показывается по телевидению. Роль у Наталии удалась, и отец стал шутя называть её «Наша Ермолова».

Несмотря на то, что сама Наталия Тихоновна больше не снима­лась, с кинематографом у неё сложились длительные творческие взаимоотношения, но уже не как с актрисой, а как с художником. В трёх фильмах она работала художником по костюмам. В 1985 го­ду в фильме «Дороги Анны Фирлинг» режиссёра С. Колосова по пье­се Бертольда Брехта «Мамаша Кураж и её дети» она выступила как художник по костюмам. Одевала Людмилу Касаткину, Армена Джи­гарханяна, Эммануила Виторгана, Лилиту Озолиню и многих дру­гих известных артистов. Этот опыт в дальнейшем очень пригодился. Фильм получился мрачным, тяжёлым, но интересным и, как считает Наталия, недооцененным.

С нашим театром Нижегородским Академическим театром опе­ры и балета им. А. С. Пушкина у Наталии Тихоновны складывались особо тёплые и длительные взаимоотношения. Впервые она встре­тилась с нашим театром давно, ещё в то время, когда у нас стави­лась опера Тихона Николаевича «Мать» по повести А. М. Горького. Она наблюдала за работой театра над выпуском спектакля, присут­ствовала на его премьере и до сих пор помнит, какое яркое впечат­ление осталось у неё от этой работы. Это было в 1953 году. Девочке было всего 13 лет, но она помнит то, каким был успех, выпавший на долю её отца и всего творческого коллектива театра.

Самостоятельно же работать с нашим театром Наталия Тихо­новна начала значительно позже. В 1983 году она оформила спек­такль «Любовью за любовь», музыку к которому написал Тихон Николаевич. Автором либретто и постановщиком спектакля был Вахаджан Ниязович Салимбаев, который в то время был главным балетмейстером нашего театра. Спектакль имел огромный успех и, возможно, именно этот успех и послужил тому, что В. Н. Салимбаев после премьеры, был приглашён на работу в Пермский театр опе­ры и балета. Он не смог отказаться от заманчивого предложения и переехал в Пермь. Спектакль более семи лет шёл на нашей сцене, но в 90-е годы сошел из-за изношенности костюмов и декораций. Время было трудное и для восстановления материальной части спектакля средств не хватило.

Сотрудничество театра с Наталией Тихоновной продолжилось в 2000-х годах. Главным балетмейстером театра Виталием Нико­лаевичем Бутримовичем была задумана постановка балета «Эсме- ральда» на музыку итальянского композитора Цезаря (Чезаро) Пуни. Постановка спектакля должна была ставиться в сжатые сро­ки, потому что театр получил приглашение от руководства италь­янского города Генуя принять участие в торжествах, посвящённых 230-летию со Дня рождения композитора, намеченные на лето 2002 года. Автором либретто и хореографии выступил сам Виталий Николаевич. Он уже «видел» будущий спектакль, однако предло­жения о художнике для этой работы у него не было. «А вы помните, какие красивые декорации были у Наташи Хренниковой в спекта­кле «Любовью за любовь»? - неожиданно вспомнила заместитель директора театра Людмила Кулавина. Я тоже хорошо помнила этот яркий спектакль, и решение обратиться к Наталии Тихоновне со­зрело моментально. Шла весна 2000-го года. После телефонных переговоров мы вместе с Виталием Николаевичем выехали в Мо­скву: он для обсуждения творческих вопросов, касающихся буду­щего спектакля, а я для заключения трудового договора, наличие которого делало работу обязательной для исполнения. Наталия Ти­хоновна принимала нас в собственной квартире, где все говорило о том, что здесь живёт представитель истинной московской интел­лигенции. Картины, художественные керамические и фарфоровые тарелки, привезённые из тех стран, в которых работала Наталия Тихоновна, книги, журналы, эскизы оформленных ранее спектаклей.

И удивительно предупредительная простота в общении. Сразу же возникло чувство давнего знакомства с этой приятной женщиной. Технический вопрос подписания договора решён был легко и быс­тро, и мне посчастливилось наблюдать за тем, как заинтересовано, с какой предельной тщательностью обсуждала Наталия Тихонов­на с постановщиком все детали будущего спектакля. Следующая наша встреча состоялась уже в Нижнем Новгороде, когда Наталия Тихоновна привезла готовый макет декораций и эскизы костюмов.

Предложенное художником решение было единодушно принято всеми участниками художественного совета. Оно привлекало сво­ей яркостью, удобством в изготовлении и атмосферой, понятной для артистов, которым предстояло «жить» в созданном художни­ком сценическом пространстве. Премьера спектакля состоялась 26 мая 2001 года. Новая работа театра с одобрением была при­нята нижегородскими зрителями и с большим успехом показана в Италии в дни празднования юбилея Ц. Пуни. «Эсмеральда» и сей­час идёт на нашей сцене. Уже не один состав исполнителей в ней поменялся. Заслуженный артист России Сергей Куракин выбрал именно эту работу театра, чтобы партией Квазимодо отметить своё 50-летие.

Успех, который выпал на долю «Эсмеральды» театру захоте­лось повторить в следующей работе театра. На сей раз возникло предложение осуществить постановку балета «Капитанская дочка», музыку к которому написал Тихон Николаевич по одноименному роману А. С. Пушкина. Этим спектаклем театр решал сразу две за­дачи: во-первых, пополнялся репертуар из спектаклей, созданных по произведениям А. С. Пушкина; а во-вторых, этот спектакль театр посвящал 90-летию со Дня рождения Тихона Николаевича, компо­зитора, с которым театр связывали давние творческие отношения. Премьера состоялась 25 мая 2003 года, юбилей композитор отме­чал 10 июня. Но в это время театр был уже в очередном отпуске, поэтому у себя мы юбилей отметили заранее. Спектакль получился чрезвычайно образным, необычно ярким, точно выражающим на­строение, заложенное в тексте А. С. Пушкина и музыке Т. Н. Хрен­никова. Сам Тихон Николаевич на премьеру приехать не смог, но прислал поздравительную телеграмму всему творческому коллек­тиву. Оформление «Капитанской дочки» достигало невероятной глубины в понимании мыслей и чувств, заложенных в литератур­ном произведении.

У театральных художников выстраиваются разные формы вза­имоотношений с коллективами в период выпуска спектакля. Одни нередко своё недовольство художественным результатом выме­щают на работниках постановочной части; другие очень долго раз­мышляют над выбором материалов, из которых изготавливаются декорации и костюмы, а когда выпуск спектакля реально задержи­вается, вину за это возлагают на тех же работников, которые порой, действительно, уже не успевают вовремя подать костюмы и деко­рации. Возникает нервозная, суетливая обстановка, которая дела­ет даже успешную премьеру радостной не для всех её участников.

Наталия Тихоновна умеет создать на редкость доброжелатель­ную обстановку в период выпуска своего спектакля. Её требования всегда оправданы и понятны. Она может пойти на поиск альтерна­тивного решения в случае, если театр, в силу объективных причин, не в состоянии выполнить в полном объёме все ею задуманное. Премьеры Наталии Тихоновны всегда объединяют радостью весь творческий коллектив. В театре это очень ценится.
Вполне оправданным стало то, что желание сотрудничать с ней не исчерпывалось постановкой только балетных спектаклей.

4 ноября 2001 года ею в содружестве с Отаром Михайловичем Дадишкилиани осуществлена ещё одна премьера. На сей раз это была опера «Севильский цирюльник» на музыку Дж. Россини. Не изменяя себе, она создала для этого спектакля великолепные исто­рические костюмы и живописные, неназойливые декорации, по­могающие артистам комфортно чувствовать себя на сцене. Вот уже 19 лет спектакль идёт в нашем театре. Он любим не только моло­дыми зрителями, его охотно посещают люди старшего поколения; артисты-гастролёры из других театров страны с удовольствием ра­ботают в удобном и выразительном сценическом пространстве, со­зданном Наталией Тихоновной.

18 декабря 2005 года в театре состоялась премьера ещё одного спектакля, художественное оформление к которому создано На­талией Тихоновной. На сей раз это был мюзикл «Моя прекрасная леди» Фредерика Лоу по пьесе Бернарда Шоу «Пигмалион». Встре­ча с художником носила на сей раз некоторый экстремальный ха­рактер. Первоначально планировалось, что режиссёр-постановщик спектакля Ольга Тимофеевна Иванова будет ставить, желанный для всех нас, спектакль в содружестве с известными московскими художниками кино. (По этическим соображениям, я не хочу назы­вать имен этих профессиональных и хороших художников сов­ременной киноиндустрии). Время шло, но предоставление худо­жественного решения спектакля театру затягивалось. И, наконец, в апреле 2005 года эскизы декораций и костюмов были показа­ны художественному совету. Они были выполнены в стиле хай-тек: чёрная одежда сцены, на фоне которой располагается блестящая стальная витая лестница, вокруг которой в течение всего спектак­ля должны существовать персонажи мюзикла. Спектакль этот был нам нужен - он должен был стать примером реализовавшейся меч­ты для девушек, начинающих свой жизненный путь. Нам хотелось, чтобы он вселял в них надежду на то, что труд может помочь са­мую дерзкую мечту сделать явью. Предложенное сценическое ре­шение «хоронило» наши надежды. В результате, оформление не было принято, режиссёр, самолюбие которого было уязвлено, тоже отказался от работы.

Но театр - это ещё и организация, в которой существует стро­гий производственный процесс, он должен выполнять все приня­тые плановые обязательства. Стоит в плане театра премьера - зна­чит, она должна выйти к зрителям вовремя. Наша премьера должна была выходить в 4 квартале. Обычно это был октябрь. Мы вновь обратились к Наталии Тихоновне с просьбой не просто поставить очередной спектакль, но и спасти театр от производственного про­вала. Она согласилась. Спектакль увидел свет в декабре. Годовой план работы театром был выполнен. Режиссёр-постановщик спек­такля - молодой, яркий и энергичный Борис Лагода - сумел увлечь артистов, которые работали с ним с особым энтузиазмом. Наталия Тихоновна в экстремальных условиях сумела создать красивый ат­мосферный спектакль, который и сегодня с успехом идёт на нашей сцене.

Я часто вспоминаю Наталию Тихоновну Хренникову - удиви­тельно доброжелательную, красивую женщину, знакомство с ко­торой мне подарил театр. Я уверена, что о таких творцах совре­менного театра нужно писать книги, и моей слабой попытки явно недостаточно, чтобы создать образ этого талантливого человека. Женщины и художника.

Наталия Тихоновна - художник многогранный. Она увлеченно занимается живописью, любит писать портреты, с удовольствием оформляет рассказы для различных журналов. Её участие в худо­жественных выставках всегда привлекает к себе внимание и взы­вает тёплое чувство. И ещё есть одно, свойственное ей качество: она скромна и доброжелательна, и эти качества делают её челове­ческий образ особенно притягательным и незабываемым.